Информация о конференции


Я. Гилинский

 

ИНФОРМАЦИЯ

 

1-2 декабря в помещении Европейского Университета в Санкт-Петербурге проходит конференция «Тревожное общество: о чем (не) говорит социология», посвященная 25-летию Санкт-Петербургской ассоциации социологов (СПАС).

1 декабря в рамках этой конференции прошло заседание секции «Девиантность и социальный контроль в обществе постмодерна». Понятно, что девиантность (преступность, наркотизм, алкоголизация, проституция, самоубийства и т.п.) самым непосредственным образом характеризует общество вообще, тревожное общество в особенности…

На заседании этой секции были заслушаны доклады К. Белоусова о желаемом и действительном в профилактике социальных отклонений подростков; Е. Демидовой о тревоге и отчаянии в глобальном обществе (с точки зрения социогеографа); Н. Бараевой об экономических «девиациях» в современных государствах (прежде всего — России); Я. Костюковского о «девиантном интернете», что чрезвычайно актуально в условиях глобальной виртуализации общества постмодерна; Л. Грошевой о тревоге молодежи в экономическом пространстве (по результатам эмпирического исследования предпринимательства в Тюмени); И. Грошевой о том, почему социология должным образом не отражает, замалчивает насущные проблемы сегодняшнего дня (прежде всего, образования, здравоохранения и др.); К. Харабета о распространенности наркопотребления в армии; В. Одиноковой об потреблении детьми алкоголя (в современном обществе это отклонение или норма?). Автор этих строк поведал о том, как особенности общества постмодерна (глобализация, консьюмеризация, виртуализация, фрагментаризация, «шизофренизация» сознания, «ускорение времени» и др.) отражаются на различных проявлениях девиантности и требованиях к социальному контролю.

К сожалению, ряд заранее заявленных докладов (включая проблемы наркопотребления, наказания, сексуальных отклонений, девиантогенности миграции, суицида, коррупции, терроризма) не состоялся из-за отсутствия возможностей докладчиков прибыть в Санкт-Петербург или вынужденного отъезда из него.

Участники секции активно обсуждали представленные доклады, что лишний раз свидетельствует об актуальности и важности темы девиантности в современном обществе постмодерна.

13 комментариев

Здравствуйте, уважаемый Яков Ильич! Всем форумчанам также привет!

Хорошее название у конференции, это я насчет «тревожности». Гормон тревоги — кортизол. Тревога — противоположность любви. Тревожная личность — закрытая система. Поэтому тревога приводит к ощущению экзистенциального одиночества и разрушению личности (что неплохо, заметьте). Чтобы всплыть, порой нужно оттолкнуться ото дна.

Способы преодолеть одиночество — стокгольмский синдром, ужесточение наказания, алкоголизация, наркотизация и иные «блага цивилизации» под общим названием «духовный кризис». Тут уж кто (какая нация) во что горазд(а).

Верной дорогой идете, товарищи! Нейрофизиология опять рулит.

С уважением, А.Р.

Спасибо, уважаемый Алексей Зиновьевич!

Не то, чтобы верной дорогой, а тропинками, переулочками...

Включенность/исключенность? А, уважаемый Яков Ильич?

Непременно.

Мда, вдогонку: первые 15 лет после Великой Отечественной войны психоневрологические диспансеры в СССР просто не работали. Практически не было психически больных.

С ув., А.Р.

Практически не было психически больных.

Наверно, как и наркоманов?

Насчет «нации» Вы, уважаемый Алексей Зиновьевич, слегка погорячились) Внутри каждой есть группы, скажем так, с различными приоритетами, напр.: Приоритеты россиян и турок https://snob.ru/selected/entry/115114  — На выходе, встаёт вопрос, какая группа и в каких отношениях доминирует на данном отрезке… насколько групповые приоритеты модерируют общенациональные. В соотношении количественных и качественных изменений вопрос. С лучшими пожеланиями,

 

Здравствуйте, уважаемый Михаил Леонидович!

Да правы Вы. Я беру в расчет не процесс, а некий результат процесса. Вообще-то, народа, как и общества, не существует. Это абстракции, суть конструкты нашего мышления, а не онтологическая реальность. В этой связи несуразны попытки представителей уголовно-правовой (и не только) науки отыскать критерии общественной опасности. Общественная опасность — гештальт той или иной социальной группы. Как и переход «коликчества в какчество».

С ув., А.Р.

Наверное, во всем «виновато» изменение структуры занятости. Исчезновение громадных фабрик и заводов (точнее, перенос их в Азию), все большее и большее распространение маленьких временных рабочих групп, стартапов, funky-бизнесов, дистанционной, временной, фрилансовой работы, двойной или тройной занятости — все это разрушило ценности коллективизма и соборности, следом — и культурное единство (которого, впрочем в России не было никогда).

Разумеется, не только в экономическом базисе дело. Тут и права меньшинств, и миграция, и политические разочарования масс. В результате общество ни с какой стороны не похоже на нечто единое.

Следовательно, сами вопросы об «общественном интересе», как и «общественном порядке», «общественной безопасности» и т.п. – просто повисают в воздухе. К тому же, и личный интерес в подавляющем большинстве случаев не выходит за рамки обычного потребительства, а значит нормально модерируется. Рекламщиками и маркетологами.

С уважением, 

Много чего оказалось «виновато», уважаемый Михаил Леонидович. В той же Англии общее право строилось на основе права процессуального, а не материального, а повелось это еще со времен Вильгельма Завоевателя, пришедшего на острова Туманного Альбиона (1066 г.). Устаналивались лишь общие принципы разрешения спора, материальная составляющая оставалась «на совести» обычаев отдельных племен. Суть в том, что личная свобода была провозглашена своего рода черной дырой по принципу «не возжелай другому того, чего сам себе не желаешь». Чем не категорический императив?

С ув., А.Р.

Уважаемый Алексей Зиновьевич!

1. Над «общественной опасностью» всегда посмеиваюсь. Кто и как ее определяет...

2. В современном — моем любимом — обществе постмодерна происходит (наряду с глобализацией) фрагментаризация общества. И как следствие  (цитирую самого себя): "Сколько групп единомышленников («фрагментов»), столько и «будущего», столько и моральных императивов, столько и оценок деяний, как «нормальных» или «девиантных»... 

Поэтому есть мораль журналистов «Charlie Hebdo» и мораль их убийц; мораль создателей и сторонников современного искусства и мораль «истинных православных», атакующих современные выставки, спектакли, концерты; есть мораль толерантная и интолерантная, превратившая цивилизованное представление о терпимости к разным точкам зрения, в ругательство («толерасты»); есть мораль космополитическая (интернационалистская), отвечающая запросам современного мира (да и всех времен, вспомним признание К. Маркса: «Я гражданин мира и горжусь этим») и мораль «ура-патриотов»; есть мораль современного мира постмодерна и есть мораль В. Милонова, Е. Мизулиной, И. Яровой… Размывание границ межу «нормальным» и «ненормальным» — непосредственный сюжет девиантологии" и — криминологии.

 

Здравствуйте, уважаемый Яков Ильич!

Полностью с Вами согласен. Уже сам давно думаю также.

С ув., А.Р.

Доброго времени суток, уважаемый Яков Ильич! Вы совершенно верно отметили, что «нормальность» — суть представления тусовки (группы, класса их субкультуры), но — полагаю — не лишним будет взять и такую химеру, как «общественное мнение». Когда её вспоминают, да еще и на неё ссылаются в вопросах криминологии, обычно говорю:

— Когда открывали Америку, соцопрос в Испании, скорее всего, показал бы, что Землю народ считает плоским диском, вокруг которого плавают морские драконы мимо островов с собакоголовыми населением. Но историю Испании и всего мира изменили три корыта Колумба, а не… это самое «мнение большинства» Отсюда два (может, и больше) следствия:

1) общественный прогресс направляется усилиями меньшинств, 

2) наиболее перспективные направления развития — с точки зрения «общества» — «бред», «ересь» и «посягательство на устои»(((

Извините за многА букоФФ,

Зарегистрируйтесь и войдите, чтобы отправить комментарий