Ну и что же тут криминального?

Это интервью опубликовано в журнале «Город 812», 23 апреля 2018 г., с. 12-14.

 

Криминолог Гилинский о легализации легких наркотиков, оружия и проституции

 

Ну и что же тут криминального?

Криминология – наука, изучающая преступность. Какие ответы криминологи сегодня дают на старые   качественно новые проблемы? Что делать с преступностью в Интернете? Почему подростки нападают на школы? Стоит ли легализировать марихуану и проституцию? Своими соображениями с нами поделился один из самых известных криминологов в России – Яков Гилинский.

— Россия следует общемировым тенденциям криминологии или и здесь у неё «особый путь»?

— В целом, Россия всё-таки следует общим тенденциям. Другое дело, что в криминологии, как и в любой науке, есть разные точки зрения, мнения расходятся даже по самым общим вопросам. Например, снижается ли уровень преступности в России, как и во всём мире, или нет.

— По вашему мнению, он снижается?

— С 2006 года в России уровень убийств (в расчете на 100 тысяч населения) сократился в 3 раза, уровень разбойных нападений и грабежей в 4-5 раз, уровень краж в 2 раза. Но обычно, когда говорят о мировых тенденциях, сравнивают количество убийств. Этот вид преступления совершается во всех странах, и уровень латентности, то есть неучтённости, всё-таки наименьший. Статистика убийств репрезентативна. Так вот, уровень убийств во всех странах мира сократился с конца 1990-х – начала 2000-х годов примерно в два раза. А у краж, например, очень высокая латентность, очень много краж просто не регистрируются. Возвращаясь к теме общемировых тенденций, надо помнить, в новом обществе постмодерна, с одной стороны, действуют глобальные закономерности, но с другой – встречаются очень любопытные вещи. Например, на замену грабежам и кражам пришло мошенничество, уровень которого значительно вырос.

— Вы имеете в виду мошенничество в Интернете?

— Да. Сейчас им заниматься гораздо безопаснее и выгоднее. Выйдя на улицу с ножом, ты украдёшь у пенсионерки 300 рублей. В то же время, сидя дома за компьютером, можно украсть миллионы в другой стране, и тебя никто никогда не поймает. Для сравнения: в 2016 году в Европе средний уровень раскрываемость преступлений был 42-46%. А преступлений в Интернете – всего 4%.

— А современная криминология изучает преступления в Интернете?

— Изучает, но пока не очень хорошо, не очень успешно. Хотя появляются целые сборники на эту тему. У меня есть англоязычный сборник – «Организованная киберпреступность». Он издан в Германии ведомством уголовной полиции, здесь как раз статьи о киберпреступности в разных странах. Но России здесь нет, здесь Германия, Нидерланды и другие европейские страны.

— Россия плохо изучена?

— Да, конечно. Хотя эта область везде плохо изучена, она только зарождается. В России на эту тему больше всех работ у профессора Владимира Овчинского, недавно даже вышел его первый учебник по цифровой преступности. Но этого явно недостаточно. Сейчас киберпреступность становится общемировой проблемой, решить которую пока очень сложно.

— А предупреждение преступлений криминология изучает?

— Да, криминология занимается вопросом социального контроля, то есть, тем, какие меры надо предпринимать, чтобы преступность снижалась.

— Это в теории. А на практике применяются эти знания?

— Очень слабо. Наше руководство, скорее, издаёт законы, противоречащие достижениям криминологии. Мои московские коллеги регулярно проводят экспертизу законодательных проектов, и, как правило, заключение даётся одно, а проект принимается противоположный.

— Встречаются многочисленные материалы про «стандартный портрет преступника». Это мифы, или всё же есть доля истины в таких материалах?

— Именно доля истины. Этим вопросом занимался ещё Чезаре Ламброзо. Он изучал строение черепа заключённых и пришёл к выводу, что по особенностям черепа можно определить, преступник человек или нет. Эта теория давно опровергнута. Ученые из Великобритании обнаружили те же самые аномалии черепа у студентов Оксфорда, Кембриджа и офицеров гвардии Её Величества. В наши дни были проведены более точные биологические исследования, которые могут указывать на большую или меньшую предрасположенность к преступным действиям и девиациям. Например, есть мужчины с лишней Yхромосомой. Вы их легко отличите от прочих благодаря двухметровому росту! Считается, что у них повышенная агрессивность. Но ведь это не обязательно приведёт к совершению преступлений. Агрессивность может быть реализована в спорте или в работе в правоохранительных органах.  Но тут, конечно, надо учитывать все характеристики: физические и психологические. Самый простой пример: если обозвать холерика, он тут же даст по морде. Если то же проделать с флегматиком – он улыбнётся. Психические отклонения часто приводят к преступлениям сексуального характера. Но делать однозначные выводы, утверждать, что человек с определённым набором физических и психических качеств обязательно будет преступником, конечно, нельзя.

— С чем вы связываете участившиеся нападения подростков на школы?

— Дело в том, что в современном мире агрессивность повышена, в России особенно. Психологи, изучающие современное общество постмодерна, прямо пишут о шизофренизации сознания. Жизнь очень сложная, страшное социальное и экономическое неравенство. Только в России 22,5 млн. человек живут на доходы ниже официального прожиточного минимума. Абсолютная нищета. Многие получают чуть больше прожиточного минимума, но ведь это не жизнь, а выживание. Проблема неравенства может считаться общемировой. В 2016 году 1% населения Земли владел 52% всех богатств. А в России 1% владеет 74%. Постепенно размывается средний класс как таковой: люди или обогащаются, или, что происходит гораздо чаще, банкротятся. Тяжёлое положение среднего класса выливается в движения вроде «Occupy Wall Street» и аналогичные в Европе.

— А как это относится к подросткам?

— Нападения в школах – это такая же агрессия, только среди подростков. Подростки в первую очередь оказываются в числе исключённых из всех сфер общественной жизни. У них нет должного образования, профессии, нет дохода. Общество должно обеспечить подросткам возможность участвовать в активной творческой деятельности, чтобы направлять энергию в нужное русло.

— Думаете, что и в США или Европе причина та же?

— Да, это общемировая проблема. Другое дело, что в некоторых странах этот вопрос встаёт более остро. У нас ситуация усугубляется отсутствием социальных лифтов. Санкт-Петербург и Москва – это не показатели. А что малые города, сельская местность? Там же подростки испытывают абсолютную безысходность. Это выливается в трагедии. В США оказывают влияние и некоторые другие факторы.

— Распространённость оружия является одним из таких факторов?

— В случае подростков – не особо. У нас недавно ребёнка в школе избили до смерти руками и ногами. В США для этого есть оружие. Агрессивность и количество преступлений такого рода напрямую с оружием не связаны.

— Значит, нет смысла в бушующих в США спорах вокруг Второй поправки?

— Это вопрос – один из немногих в криминологии, по которому у меня нет чёткого мнения. Вообще, я всегда склонялся в сторону свободы продажи оружия. Хотя бы затем, чтобы законопослушные граждане, которые выступают исключительно в качестве потерпевших, могли иметь в кармане пистолет на случай нападения. Более того, когда население вооружено, количество нападений со стороны преступников тоже снизится. Так что я, скорее, за свободную продажу оружия. Конечно, при наличии справок о психическом здоровье. Но сегодняшняя ситуация в России настолько тяжёлая, что моя склонность начинает колебаться.

— Что вы понимаете под тяжёлой ситуацией?

— Высокую агрессивность, высокую алкоголизацию. С другой стороны, есть чёрный рынок, где оружие можно и так легко приобрести при желании с кем-нибудь расправиться. Так что, в целом, я за, но у нас, возможно, всё это должно быть с бо? льшими ограничениями, справками, лицензиями.

— Кажется, гораздо более твёрдая позиция у вас на тему легализации лёгких наркотиков. Так?

— Да, здесь позиция у меня вполне определённая. Потребление наркотических и подобных психотропных средств было всегда. Об этом писал отец-историк Геродот, описывал, как древние египтяне жгли травку, нюхали и, выражаясь нашим языком, балдели. Отец медицины Гиппократ в своей медицинской практике использовал опиаты. Желание повлиять на своё сознание присуще и животным. Известный пример – кошка и валерьянка. Собачка бежит в лесу, выкапывает корешок, грызёт и валяется, болтая лапками. Это свойство биологических видов.

— Но вы же признаёте опасность наркотиков?

— Наркотики стоят в одном ряду с алкоголем. Более того, некоторые наркотики менее опасны, чем алкоголь. Они выполняют социальные функции: обезболивание, разрядку или отдых, самоидентификацию.

— Самоидентификацию? Это как?

— Одни пьют французский коньяк, другие гонят самогон. Одни варят чёрное, другие нюхают кокаин, один из элитарных наркотиков. Здесь же проявляется протестная функция среди молодёжи.

— Возникает риск на фоне такой самоидентификации маргинализироваться.

— Да, но ведь всё в этом мире имеет свои позитивные и свои негативные последствия. Это как Инь и Ян. Более того, я вам открою тайну, о которой не говорят в России, но давно знают в Европе. Есть три вида наркотиков, которые не вызывают физическую зависимость, в отличие от алкоголя. Это производные каннабиса: гашиш (анаша, марихуана), кокаин и, как ни странно, галлюциногены. Психическую зависимость, конечно, все вызывают. Но всё равно получается, что они менее опасны, чем алкоголь. Так вот почему алкоголь разрешён, а марихуана – нет? Это бред. В связи со всем этим постепенно меняется международная политика в отношении наркотиков. Место наркомана в медицинском учреждении, а не в тюрьме. И, я думаю, что в будущем все наркотики будут легализованы.

— И даже условный «крокодил»?

— А крокодил не нужен будет. Зачем крокодил, который убивает за год, если можно будет употреблять гораздо менее опасные вещества легально?

— Может, это дёшево?

— А вы знаете, что наркоманы в странах Западной Европы могут получить дозу в медицинском учреждении бесплатно в любое время суток?

— Но это же будет только стимулировать наркоманов!

— Должна быть легализована и применяться заместительная терапия. Работники медицинских учреждений проводят агитацию для тех, кто колется. Они дают дозу, но предлагают перейти на что-то более лёгкое. Одна моя приятельница, петербурженка во многих поколениях, вынуждена жить в Берлине. Она героиновая наркоманка. У нас её посадят, а там она благополучно живёт. Она за это время защитила кандидатскую диссертацию и написала несколько книг. Она находится на заместительной терапии. Ещё пример: заместительная терапия легализована в Украине. К моменту, когда Крым стал российским, в этом регионе около 800 человек находились на заместительной терапии. В течение первого года, когда она соответственно стала запрещённой, умерло порядка 100 человек. Так что большинство здравомыслящих наркологов тоже поддерживают заместительную терапию.

— Разве доступность лёгких наркотиков не будет толкать людей к употреблению чего-то более тяжёлого?

— Это всё по большей части пропаганда и болтовня. Хотя, конечно, такие случи не исключены. Некоторые начинают с вина, а потом спиваются и заканчивают средством для мытья окон. Кто-то, действительно, рискует пойти по такому пути. Но подавляющему большинству это не грозит.

— Вы упоминали, что даже после легализации государство должно применять разумные меры противодействия наркомании. Какие это меры?

— Это разумная антинаркотическая и антиалкогольная пропаганда, агитация. Я видел большой плакат в Швеции, на котором девушка отстраняет молодого человека, потому что тот пьяный. В Польше антинаркотическая пропаганда начинается с детского сада. У них своя сложная продуманная система, разработанная психологами. В британских школах, например, показывают фильмы, также разработанные профессионалами. Но всё это работает только в том случае, если у подростков есть возможности для самореализации и активной творческой деятельности.

— Вы думаете, что Россия готова к такому?

— А Россия никогда не готова. Но надо же с чего-то начинать. Прежде всего – заместительная терапия. Здесь-то к чему быть не готовым? Такая жёсткая антинаркотическая политика в некоторых сферах является просто преступной. Например, тысячи больных онкологией умирают в муках, хотя их состояние могли бы облегчить с помощью обезболивающих, которые на сегодняшний день под запретом.

— А легализация проституции была бы принята российским обществом?

— Общество надо воспитывать в этом отношении. Проституция – это нормально. От кого больше вреда: от продажного политика или от продажной женщины или мужчины? А проституция существовала во все времена и всегда будет существовать. Но никто не говорит, что это хорошо.

— Сейчас с этим довольно непонятная ситуация: с одной стороны, проституция незаконна, но, с другой, – вполне процветает.

— В России это поле для «крышевания» со стороны полиции. Все нелегальные публичные дома, квартиры находятся под полицейской «крышей». Так же, кстати, как и точки по продаже наркотиков. Они абсолютно все «крышуются». Я долго изучал этот вопрос, брал интервью у офицеров тогдашнего управления по борьбе с организованной преступностью, и мне прямо говорили, какой отдел полиции какую точку «крышует». Я публикую эти интервью, заменяя номера отделений буквой «X». Даже рядом с моим домом есть точка по продаже наркотиков, о которой знает всё население и которую контролирует местный отдел полиции. С проституцией абсолютно то же самое.

— Сможет ли наше государство взять всё это под свой контроль?

— У нас был колоссальный опыт в царской России. Желтые билеты, контроль со стороны медиков. Кстати, сейчас большинство медиков выступают за легализацию проституции, открытие публичных домов и соответствующий медицинский контроль.

— Сейчас активно обсуждается вопрос криминализации абортов. Как вы относитесь к этой инициативе?

— Криминализация абортов абсолютно точно увеличивает количество смертей. Однажды я присутствовал при судебно-медицинском вскрытии женщины. У неё с мужем было уже трое детей, и четвертого никак не прокормить. Она пошла на криминальный аборт, а некриминальных тогда не было. Если женщина по тем или иным причинам не хочет рожать ребёнка, она скорее всего сделает аборт. Только не в нормальных условиях, а у бабки-знахарки. Такие случаю зачастую заканчиваются или смертью, или бесплодием.  Кроме того, если ребёнок нежеланный, то повышается вероятность того, что у него будут проблемы в будущем. Среди детских психологов есть мнение, что если до одного года ребёнок не испытывал постоянную любовь матери, то в несколько раз повышается вероятность того, что из него вырастет насильственный преступник. Поэтому нынешние попытки криминализировать аборты в России – это очередное преступление нашей бездумной Думы.

      Сейчас криминализируют всё подряд. Даже меня можно судить по нескольким статьям прямо сейчас.

— За какую-нибудь пропаганду?

— Здесь есть более очевидные вещи. Я атеист, и в компании могу сказать, что никакого Бога нет, что это поповские сказки. А чьи-то чувства окажутся оскорблены. Пожалуйста, на мне 148 статья УК.

— А как вы относитесь к закону о новых методах наказания вроде лишения Интернета, домашнего ареста, запрета общаться с конкретными людьми?

— Здесь сложно сказать, практика покажет. Но я всегда говорил, что нужно искать альтернативные методы наказания. Конечно, нужно заключать под стражу за тяжкие преступления. Но во многих других случаях тюрьма человека только испортит. Более того, это никого толком не предупреждает.

— Для многих людей лишение свободы наверняка является неплохим сдерживающим фактором.

— У Карла Маркса есть небольшая статья, где он приводит чистую статистику. После каждой публичной казни за тяжкое преступление количество таких преступлений только увеличивается.

— Как работает эта логика?

— Жестокость власти порождает жестокость населения. В XIXвеке одними из первых стран, где отменили смертную казнь, стали Аргентина и Австрия. И количество соответствующих преступлений после этого уменьшилось. Великобритания в 1965 году провела законодательный эксперимент – мораторий на смертную казнь на 5 лет. Количество преступлений после этого не увеличилось, и Великобритания отказалась от смертной казни.

— Какие законы Уголовного Кодекса вы бы отменили прямо сейчас?

— Как говорил профессор Ханс-Хайнрих Йешек, уголовный закон должен быть отменён как противоречащий правам и свободам человека. Я повторяю профессора Йешека. Но сегодня, к сожалению, этого сделать нельзя. Для начала, самое очевидное, нужно ликвидировать уголовную ответственность за оскорбление чувств верующих. Почему никто не защищает мои чувства атеиста? Абсолютное безумие творится и вокруг размножающейся 228 статьи. Жёстко наказываются люди, даже не занимающиеся сбытом. Всё это нужно ликвидировать, оставив максимум одну статью для крупных наркоторговцев. Также 22 глава УК, касающаяся экономических преступлений, должна быть ликвидирована. Пару статей надо перевести в преступления против собственности, пару статей – в преступления должностных лиц. Остальное – это гражданско-правовые деликты. Этот список можно продолжать очень долго, у нас ведь Уголовный Кодекс надо переписывать заново.

 

 

Анастасия БЕЛЯЕВА

 

 

 

 

 

3 комментария

Уважаемый Яков Ильич, всё так, только отменять сейчас не надо. Надо смперва «прокатить» вчсе эьти законодательные изыски по чиновно-депутатско-монополист- суденйско-генеральско-полицейскго-ГБешно...(тоже гражданам). Опосля — люстрация лет на 790-75 каждому и СССРовский паспорт — будет нормально...

Потом можно и отменить. С лучшими пожеланиями, ММ

Уважаемый Михаил Леонидович! Что Ваши советы, что мои, что наших разумных коллег — никому не нужны. Ничего разумного делать не будется, а вот еще чё-нибудь запретить — с великой радостью и рвением…

 Так уж прямо и «никому»?))) А журнал «Город812», а данный ресурс, а студенты/клиенты/читатели? Запреты, кста., — весьма затратное и мало эффективное дело. Пока жижа дорогая, хватает на разных шаманов со всеми их табу. По мере исчерпания ресурсов возникнет спрос на более сложные приемы управления& нормотворчества. Да и вода камень точит©))

Главная проблема — в том, что такое «изменение спроса» всегда следует за очередным развалом и национальной катастрофой. Не люблю я, как Вы знаете, разную «алларму», но в отечественной истории именно так...

С уважением, ММ

 

Зарегистрируйтесь и войдите, чтобы отправить комментарий