Навешивание ярлыков как элемент войны

В социологии, криминологии, психологии и психиатрии активно используется понятие «стигматизация» (от греч. «ярлык, клеймо»), означающее навешивание социальных ярлыков, ассоциацию какого-либо качества (как правило, отрицательного) с конкретным человеком или группой людей. С позиций теории социального контроля, стигматизация представляет собой «прием управления человеческим поведением посредством слова (предмета, образа), употребляемого в положительном или в отрицательном значении» [1, с. 137]. 

          Во время войны стигматизация противника становится важным элементом государственной пропаганды, как часть ментально-мировоззренческой агрессии, которая способствует полному духовному подчинению соперника в информационной войне [2]. Особое значение стигматизационные практики приобретают в современных «войнах четвертого поколения» («гибридных войнах»), которые нацелены не на достижение победы путем разгрома вооруженных сил противника или уничтожение его военно-экономического потенциала, а на непосредственное информационное воздействие на сознание и волю общества, вовлеченного в конфликт, и лиц, принимающих решения, разрушение их политической воли [3]. Признаки именно такой войны России против Украины многие эксперты и аналитики обнаруживают в вооруженном конфликте на Востоке Украины [см.: 4; 5].

Объектом информационной атаки стало, прежде всего, политическое и военное руководство Украины. В качестве стигматов использовались ярлыки «хунта», «бандеровцы», «нацисты», «фашисты», «каратели», сформированные путем манипуляционного преувеличения отдельных характеристик участников событий в Украине. Но стигма как сообщение может быть понята, воспринята адекватно лишь при наличии соответствующего контекста, который бы подтверждал обоснованность применения и использования данного знака [см.: 6, с. 104]. Видеоряд передач основных российских телеканалов, начиная с осени 2013 года представлял соответствующий контекст в необходимом объеме. При этом были использованы сохранившиеся ценностные стереотипы советского массового сознания, в которых победа над фашизмом является предметом особой гордости и повышенной самооценки.

          Обоснование войны для населения всегда содержит в себе стигматизацию противника, которая становится одним из ресурсов социальной  мобилизации. Во-первых, осуществляется интеграция через «негативную идентификацию» — определение содержания коллективного «мы» посредством образа Врага, деление мира на «своих» и «чужих»[см.: 7]. Во-вторых, стигматизация становится частью механизма деперсонификации противника («расчеловечивания», отношения к другим людям таким образом, будто они являются неким безликим, бездушным предметом).

Великий философ и психолог Э. Фромм писал: «В период войны каждое правительство пытается вызвать в своем народе такое отношение к врагу, как к «нечеловеку». Их называют кличками, приклеивают ярлыки. Так, в первую мировую войну англичане в пропаганде называли немцев «гуннами»… То же самое делал Гитлер, когда обозначал политических противников словом «Untermenschen» (низшие, люди второго сорта)» [8, с. 94]. Все, кто не входит в «свою» общность, противостоит ей, деперсонифицируются. Они уже не люди, а объекты необходимого воздействия. Презрительные клички затрудняют видеть в них людей и облегчают совершение против них актов насилия. «Убить человека» психологически сложнее, чем «убить фашиста» («колорада»)…

Выход из военного конфликта неминуемо предполагает, помимо всего прочего, проведение антистигмационных мероприятий. Ответная, «перекрестная стигматизация» с использованием манипуляционных технологий со стороны украинских СМИ если и может принести какие-то плоды, то только эпизодически, поскольку подобные действия достаточно жестко критикуются представителями гражданского общества из-за несоответствия принципа «цель оправдывает средства» идеалам Майдана и демократическим ценностям.

В Украине «механизму стигматизации может противостоять комплекс технологий, задача которых конструирование позитивных, честных, открытых отношений субъектов социального действия» [6, с. 105].Честность и открытость в освещении, анализе и квалификации особенно актуальной представляется в отношении тех характеристик участников событий, на которые опираются технологии стигматизации. Так, негативные стороны деятельности украинских добровольческих батальонов в ходе Антитеррористической операции, в целом квалифицируемых большинством российских СМИ как «каратели» уже не отрицаются, а встречают адекватные реакции со стороны органов государственной власти. С другой стороны, уже после заключения первых Минских соглашений (сентябрь 2014 года) изменилась тональность передач российского телевидения. Правительство Украины уже не именуется «хунтой», а прежние «каратели» в основном стали «украинскими силовиками».

Все это можно рассматривать как начало осуществления технологий реперсонификации – восстановления нормативного статуса стигматизированных групп и общностей, как необходимое условие перехода от конфронтационной модели отношений к нормальному сосуществованию  

           Список использованных источников

1.    Тимофеева Л. Россия в поисках субъектности // Власть. – 2014. — № 2.

2.    Воропаева Т.С. Информационная война в Украине: социально-философские аспекты // Scientific World [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www.sworld.com.ua/index.php/ru/philosophy-and-philology-414/social-philosophy-414/24387-414-850.

3.    Антонов А.В., Бзот В.Б., Жилін Є.І.Україно -Російський воєнний конфлікт: сутність, передумови та зміст агресії // «InformNapalm». [Электронный ресурс]. – Режим доступа:    informnapalm.org/2782-4gw-1/.

4.    Савин Л. Гибридная война // Информационно-аналитический портал «Геополитика». [Электронный ресурс]. – Режим доступа: geopolitica.ru/article/gibridnaya-voyna.

5.    Горбулин В. «Гибридная война» как ключевой инструмент российской геостратегии реванша // «Зеркало недели. Украина». — 23 — 30 января 2015 г. — № 2.

6.    Кравченкова Г. Н. Стигматизация в контексте современных теорий коммуникации (обзор зарубежных теорий) // Вестник Харьковского национального университета имени В. Н. Каразина. «Социологические исследования современного общества: методология, теория, методы». – Х.: Издательский центр ХНУ имени В. Н. Каразина, 2009. – № 844.

7.    Трубицын Д.В. «Модернизация» и «негативная мобилизация»: конструкты и сущность // Социологические исследования. — 2010. — № 5.

8.    Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. Пер. с англ. Э. М. Телятникова, Т. В. Панфилова.  – М.: АСТ. Серия: Philosophy, 2004.